Знаете ли вы, что ДипИФР нередко легче осваивают и сдают те наши финансисты, для которых бухгалтерия не является основным хлебом? А у спецов в национальных стандартах задача получения диплома выливается в целое приключение, часто, к сожалению, многосерийное. Кстати, сказанное относится не только к квалификации ДипИФР, но и к англоязычным АССА и CIMA.
Как же так? Ведь известно, что взрослые хорошо учатся на аналогиях: есть существующие знания, например, по РСБУ, к ним даются новые знания по МСФО, и подчёркиваются сходства и различия.
Логика в этом принципе аналогии есть. Например, умелый водитель изучает нюансы левостороннего движения, чтобы арендовать машину, скажем, на Кипре. Известно, что правила дорожного движения всюду построены на общих принципах безаварийности, отличаясь деталями. На этих деталях наш водитель и фокусируется – и всё срабатывает.
А вот учить МСФО на сравнении с нашими национальными стандартами сложнее, потому что вместо общих правил, отличающихся деталями, есть совершенно разные системы. Финансовая отчётность мира англо-саксонского капитала и наши постсоветские стандарты построены на фундаментально разных принципах и решают совершенно разные задачи. Об этих других принципах мы сегодня и поговорим.
Зачем вообще нужна отчётность в англо-саксонском мире, колыбели МСФО? В самих стандартах обобщённый ответ такой: финансовая отчётность должна удовлетворять информационные потребности внешних по отношению к компании пользователей, то есть нынешних и потенциальных инвесторов. У этой скупой формулировки есть очень серьёзная подоплёка. Важнейшая для понимания «странностей» МСФО.
Основная цель финансовой отчётности по МСФО – помочь разрешить серьёзное противоречие капитализма: собственность и управление собственностью могут находиться в разных руках.
В капиталистической компании собственники капитала нанимают менеджеров для того, чтобы менеджеры руководили компанией в интересах собственников. Для собственника это на редкость эффективный механизм: есть деньги, но нет возможности или желания управлять компанией – вы покупаете долю в компании и нанимаете профессионалов-управленцев. Всем хорошо: и владельцы капитала в прибытке, и наёмные менеджеры с зарплатой. Причём зрелый англо-саксонский капитализм зачастую подразумевает полное или почти полное разделение собственности и управления. Это у нас сплошь и рядом владельцы крупных компаний сами стоят у руля созданных ими империй.
Вы спросите: где же противоречие? А вот оно: цели собственников и цели менеджеров различны. Менеджеры заинтересованы в высокой зарплате, дорогих офисах, статусных автомобилях и т.д. Собственникам же нужен рост капитала, а значит, и минимизация издержек (тех самых зарплат, расходов на аренду или износ офисных зданий, дорогих автомобилей). Менеджеры, не будучи собственниками, не всегда готовы действовать во имя своих работодателей-капиталистов*. Тем более, когда собственники ещё и не заглядывают внутрь компании каждый день, доверяя операционные решения менеджерам.
Так создаётся замечательная среда, в которой различие в целях плюс отсутствие каждодневного надзора могут подталкивать менеджеров к преследованию своих интересов в ущерб интересам собственников. А чтобы собственники не видели «неоптимальных» с их точки зрения решений, сделки можно особым образом структурировать, манипулируя финансовыми отчётами.
И вот тут-то и проявляется реальная цель стандартизации отчётности. Во имя соблюдения правил капиталистической игры, чтобы собственники и потенциальные собственники видели суть происходящего в компании, отчётность структурируется таким образом, чтобы сократить возможность манипуляций. То есть в мире англо-саксонского капитализма стандартизация отчётности является одним из способов защитить капитал инвесторов, ограничив волюнтаризм менеджеров в отражении их экономических действий.
Содержание важнее формы
Отсюда вытекает первая отличительная черта МСФО: знаменитый принцип «приоритета содержания над формой». Какова бы ни была структура транзакции или серии транзакций, какими бы юридическими документами она бы не была оформлена, инвестору (нынешнему или потенциальному) надо показать реальную экономическую подноготную. Вот и получается, что:
- договор купли-продажи с потенциальной возможностью выкупа товара продавцом обратно может превратиться в заём под залог товара;
- актив, юридически вам не принадлежащий, может отражаться как ваш;
- привилегированные акции могут отражаться как обязательства, несмотря на то, что в проспекте эмиссии чёрным по белому написано «акции»;
- на балансе вашей компании могут учитываться активы и обязательства другого юридического лица, потому что вы держите его контрольный пакет.
Из принципа приоритета содержания над формой логичным образом вытекает, что в МСФО нет стандартного плана счетов: названия статей и их классификация могут отражать традиции отрасли или специфику операций компании, а все необходимые детали всё равно необходимо дать в примечаниях к отчётности. МСФО – не механизм сбора статистической информации, поэтому жёсткого «прокрустова ложа» обязательного плана счетов тут нет.
Баланс – всему голова
Итак, МСФО – инструмент принятия решений для инвесторов. Это объясняет второе принципиальное свойство отчётности по международным стандартам: из всех отчётов наиважнейшим тут является… баланс. А вы что думали? Конечно, баланс – ведь именно он содержит информацию об активах, то есть будущем притоке экономической выгоды и обязательствах, то есть будущем оттоке экономической выгоды. Отчёт о прибылях и убытках – это результат прошлого. Баланс – свод событий будущих. Он позволяет инвестору что-то предсказать: какие и в каком размере приходы и расходы денежных средств можно ожидать от компании. Не говоря уж о том, что разница между активами и обязательствами как раз и есть капитал, то есть величина, очень интересная собственникам. Поэтому:
- МСФО очень трепетно относятся к обязательствам и требуют вытаскивать на баланс даже те из них, которые не являются гарантированным оттоком экономической выгоды;
- огромное значение придаётся проверке всех активов на обесценение: не случилось ли чего такого, что повлияет на будущую способность актива принести ожидаемую от него выгоду;
- отчёт о прибылях и убытках зачастую вторичен, представляя собой постатейные разницы между входящим и исходящим сальдо разных активов и обязательств;
- в балансе отражаются даже те активы и обязательства, которые нельзя измерить со стопроцентной надёжностью: лучше быть приблизительно правым, чем гарантированно ошибаться.
В борьбе надёжности и уместности выигрывает уместность
Затронув надёжность измерения, мы подошли к третьей особенности МСФО: уместность информации для принятия инвестиционных решений здесь важнее, чем надёжность верификации информации. Этот пункт стоит пояснить.
Самый надёжный и легко проверяемый способ измерить актив – это вспомнить про его первоначальную стоимость, то есть когда-то уплаченную за него компенсацию. Однако в нашем динамичном мире прошлое, пусть даже надёжнейшим образом зафиксированное в архивах, не очень-то помогает инвестору заглянуть в будущее. Что с того, что актив некогда стоил 100 рублей, если сейчас его использование может принести 100 раз по 100 рублей? Инвестору уместнее знать о текущей стоимости этого актива.
Да, первоначальная стоимость более достоверна. Но текущая стоимость гораздо уместнее, то есть полезнее для принятия инвестиционных решений. И МСФО часто делают выбор в пользу уместности в ущерб надёжности. Именно этой философией можно объяснить, что:
- всё более часто активы измеряются на основе справедливой (упрощённо – рыночной) стоимости, при полном признании того, что справедливая стоимость колеблется;
- многие активы и обязательства измеряются по дисконтированной стоимости будущих денежных потоков, при полном признании того, что будущие потоки и ставка дисконтирования – значительно более субъективная информация, чем первоначальная стоимость;
- для признания расходов часто достаточно расчёта, основанного исключительно на внутренней информации, без подтверждения её какими-то внешними контрагентами;
- номинальные финансовые результаты компании в условиях гиперинфляции пересчитываются особым образом, несмотря на то, что номинальные результаты чётко задокументированы.
Так что МСФО – сложный и тонкий механизм соблюдения интересов инвесторов. Именно об эффективном функционировании мирового рынка капитала болит голова у европейского Совета по МСФО и его заокеанского «альтер эго» – Федерального совета по бухгалтерским стандартам США. Именно заботой о владельцах капитала объясняются некоторые вольности МСФО по отношению к форме финансовой отчётности, при одновременном глубоком и жёстком структурировании её содержания.
Чтобы быть своим в этом мире МСФО, надо научиться видеть и принимать эту внутреннюю философию МСФО. Я не буду отрицать, что разработка национальных стандартов на постсоветском пространстве тоже происходит под флагом соблюдения интересов инвесторов. Но мы находимся в начале этого пути, а каждодневная практика отчётности ещё настолько находится в плену налоговых и прочих требований, что до реального воплощения идеологии заботы об инвесторе ещё очень далеко. И дорога к получению диплома ДипИФР для многих наших специалистов в национальных бухгалтерских стандартах ещё долго будет путешествием в экзотическую страну.
______________________________________________________
* Конечно, я не имею в виду читателей этой статьи. Я говорю про некоторых менеджеров.
Вы правы, МСФО – просто параллельная вселенная. Она вроде бы даже теми же словами оперирует, а смысл другой получается
Но дорогу осилит идущий!